«Она травила себя годами, чтобы стать больной»: заведующий токсикологией НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе Вадим Лукин о медицинском случае пациентки с синдромом Мюнхаузена

Синдром Мюнхгаузена – хроническое психическое заболевание, при котором человек без внешней мотивации, преднамеренно и сознательно вызывает у себя симптомы болезни, самостоятельно травмируя себя различными инструментами, чтобы в дальнейшем подвергнуться медицинскому обследованию, лечению и госпитализации. Главной целью самотравматизации пациента при синдроме Мюнхгаузена является не получение личной выгоды, а возможность обратить на себя внимания со стороны врачей и близких людей, и тем самым получить заботу и психологическую поддержку.

Недавно специалисты НИИ скорой помощи им. И.И. Джанелидзе принимали участие в анализе достаточно редкого клинического случая 34-летней пациентки, которая на протяжении нескольких лет успешно симулировала тяжелое системное заболевание, используя в качестве повреждающего фактора высокие дозы лекарственного препарата, применяемого в противоопухолевой терапии.

Как предположили медицинские работники, консультируемая пациентка начала принимать лекарственный препарат с целью сбить с толку медицинских работников и выдать себя в качестве больной, чтобы лечиться, а так же получать внимание и сострадание – та самая классическая мотивация пациентов с синдромом Мюнхгаузена. Это не расстройство восприятия или эмоций, а именно расстройство поведения: человек ведет себя так, чтобы стать больным, будучи изначально здоровым.

История, о которой идет речь, началась не в реанимации и не в приемном покое стационара, а с телефонного звонка коллеги. Дерматологи одной из коммерческих клиник города были в тупике: их пациентка, молодая женщина, имела поражения кожного покрова, желудочно-кишечного тракта и костного мозга одновременно. Многочисленные обследования и терапия не приносили результата.

О том, как было высказано предположение о возможном присутствии в организме лекарственного препарата у  пациентки с синдромом Мюнхгаузена, рассказал заведующий токсикологическим отделением НИИ, доктор медицинских наук Вадим Лукин.

«Дело непростое, – подчеркивает Вадим Лукин. После звонка коллеги и ретроспективного анализа медицинской документации оказалось, что история заболевания началась с признаков банального ОРВИ (повышение температуры тела, першение в горле, ломота в мышцах) с последующим присоединением эрозий и язвенных дефектов слизистой ротовой полости, пустулезных высыпаний на коже лица, шеи, конечностях».

Дальнейшие лабораторные исследования выявили снижение количества лейкоцитов, тромбоцитов, лимфоцитов, нейтрофилов, обнаружили цитолитический синдром, а дополнительные инструментальные исследования определили эрозивно-язвенное поражение толстой кишки с признаками колита, но без признаков нозоологической принадлежности, диарейный синдром. И все это протекало волнообразно, с обострениями и ремиссиями, прослеживалась устойчивость к разнообразной современной лекарственной терапии.

Ключом к разгадке стал случайный фактор – любовь пациентки к загару

«Когда она стала загорать, у нее развился так называемый фотодерматит – повышенная чувствительность к ультрафиолету. Обычно такие вещи у здоровых людей проявляются, в том числе и при наличии в организме какого-то лекарства или иного химического вещества», – говорит Вадим Лукин.

Список препаратов, способных давать такую реакцию, ограничен. Поэтому врачи, сопоставив фотодерматит с поражением костного мозга и проблемами с ЖКТ, сложили пазл. Симптомы совпадали с клинической картиной отравления противоопухолевым препаратом – мощным цитостатиком, применяемым в онкологии для остановки роста злокачественных клеток.

Прежде чем прийти к окончательному заключению, врачи нашли неопровержимые «улики»:

– совпадение симптомов – все побочные эффекты противоопухолевого препарата, известные медицине, полностью совпадали с «букетом» болезней пациентки;

– эффект антидота – существует препарат-антагонист (кальция фолинат), который нейтрализует действие препарата, который принимала пациентка, тяжелейшее состояние, включая анемию и кожные проявления, прошло буквально на глазах.

Пациентка, несмотря на собранные доказательства симуляции, так и не признала искусственную природу своих симптомов и продолжает настаивать, что они являются признаками реального патологического состояния, опасного для жизни. Поэтому в дальнейшем ей рекомендована психотерапия и гибкая психофармакологическая поддержка.